граф Роберт Парижский
Ну что ж, хвастун. Начнем?
Уже месяц миновал с той поры, как наша дружина останавливась в гостинице перед сложным походом в Майнц.
Не думал, что будет настолько суровая зима, нескольким понадобился лекарь, из-за болезней мы вынуждены были останавливаться в каждой деревене. Бригитта держалась достойно, не думал, что женщина может вынести столько же сокрушений, сколько и мужчины.Она оказалась разумной и полезной в помощи лекарю, который не мог уделить внимания всем нуждающимся.
Столько случаев произошло, но разочарования не заполнили наши души, даже наоборот, стало интереснее.
Уже семь дней идем под командованием герцога Лотаринского Готфрида Бульонского, великолепный полководец и человек острого ума. Держим путь в Страсбург, будем двигаться вниз по реке. Нам предстоит с ним дойти до святой земли, и держу пари, он не подведет.

Слухи о половцах оказались по просту слухами, и ничем более. Готфрид только недоверчиво взглянул на меня, когда я заговорил об этом, не подумал ли он тогда, что я спятил? Ведь, мне-то впервую очередь показались эти опасения лишними. И тем не менее, какое-то чувство тревоги не дает мне покоя до сих пор, видимо, именно поэтому я решил поговорить о половцах с воеводой, но и он не развеял мои сомнения.
Выйдя из шатра, будучи на стоянке на берегу бесконечного Дуная, я глубоко вздохнул. И в самом деле, именно такой тишины и мира нужно опасаться: рыцари греются у костра, безмятежно дремлют. Неужто тут только я один как на иголках?
На вздоры всем, стал стоять на посту, часовой просто бестолочь - умудрился накренить копье, на которое опирался от неумолимой скуки! В этот миг я был просто вне себя от злости, видимо, какую-то роль сыграл и зверский холод, который в этих краях в диковинку, право же, мы не в Киеве. Так бы я и стоял, проклиная всякого, о ком бы подумал, если бы мне не принесли чашу. Графиня бывает очень полезной и мудрой, когда ее гордость оставляет в покое, но и тут не обошлось без вызова с ее стороны.
- Не кипятитесь, граф, вы так напрежены, что кажется сама лютая зима вас сторонится, - усмехнулась она.
Я тоже усмехнулся, но возражать не стал, так как она была полностью права в отношении моего состояния, и с удовольствием принял теплую чашу горячего вина.
Графиня разрушает мои представления о слабой женщине, ее неподдельная стойкость к испытаниям и трудностям, даже превышает в некотором роде мою. Как можно на протяжении столького времени оставаться уравновешанной? Мало того, она еще и умеет найти общий язык со всяким, что мне категорически не дается.
Мне бы не мешало у ней многому поучиться.
И все-таки, одна лишь мысль о Бригитте вызывает у меня снисходительную усмешку, как к новобранцу.

@настроение: Чертовски неприятное.